Перед заходом солнца

Открытый спектакль по мотивам одноименной пьесы Герхарта Гауптмана
Сценическая версия и постановка: Владимир Космачевский
Смотреть трейлер
Поделиться:

Продолжительность: 3 часа 30 минут с двумя антрактами

Премьера состоялась 16 декабря 2016 года.

В центре драмы, написанной немецким символистом Герхартом Гауптманом в 1932 году, незадолго до прихода фашизма в Европу, – история тайного советника и отца большого семейства, 70-летнего Маттиаса Клаузена (Владимир Коренев), который на склоне жизни полюбил молодую Инкен и столкнулся с сопротивлением окружающих, в первую очередь – его близких. Речь, однако, не о частной трагедии, а о предназначении человека, который забывает о конечности своей жизни и не ценит ее мгновение. Вместо этого Клаузены уничтожают свою семью, затем разрушается Германия, и весь мир погружается в состояние войны. Метафорическое пространство спектакля похоже на пепелище дома и давно умерших смыслов и чувств. Но его призрачные обитатели снова пытаются пережить момент, с которого все пошло не так, и изменить судьбу. Что мешает человеку перестать делать ошибки и понять, что твоя жизнь – не чужая?

Театральные права у издательства Felix Bloch Erben GmbH & Co.KG, Берлин

Читать дальше

Владимир Космачевский, режиссер:

«За 30 лет, прошедших с начала XX века, Гауптман успел понять, что принесет нам этот век, и дать ему полную оценку. Он ничего не предвидел. Он все именно увидел: как на фоне великих потрясений значение человеческой личности превращается в «ноль», как достоинство и свобода человека, его уникальность и неповторимость гибнут в газовых атаках. Единственная безусловная свобода, которая дана человеку, – это свобода распоряжаться своей судьбой. Главный герой отменяет собственную биографию. Все прожитое – ХЛАМ! «Я сделаю из своей жизни TABULA RASA!», - восклицает он. Но переписать жизнь набело, пережить чувство первой и последней любви ему не позволяют его же дети! На него рассчитывают, на него претендуют, его контролируют. В семье человек раскрывается наиболее полно. В отношениях с близкими проявляются самые тонкие, интимные черты личности. Или, наоборот, близкие становятся врагами, а далекие – родными. Но автор не останавливается на этом. Он множит семейную драму на социальную. То, что происходит внутри их маленького мира, происходит и вокруг. Окружение Маттиаса Клаузена не лишено разума, логики поведения и, возможно, своеобразной, эгоистичной любви. Однако известно, что все это мертво, если лишено этического содержания. Действующие лица пьесы уже в самом ее начале – лишь фантомы, их жизнь уже закатилась или еще не началась, и единственное, что им остается, – рефлексировать».

Юрий Хариков, художник:

«Основная тема, с которой связано все – и сценография, и костюмы, и то, как живут внутри артисты, как устроена музыка и звуки, – вечная тема рождения человека и его обреченности на смерть. Весь бред происходящего сиюминутного связан с тем, что человек теряет связь с осознанием предстоящего ему ухода и живет так, будто у него есть бесконечное количество времени на исправление ошибок. Что нам мешает обрести единство и гармонию? Все происходит уже после смерти: нет ни того дома, ни той Германии, ни тех людей, одно пепелище. Эти существа – вечные души, которые вспоминают, что именно привело к тому, что вся система ценностей исчезла в одно мгновение».

Действующие лица спектакля с самого начала больше похожи на фантомы, призраки прошлого, чем на реальных людей. Художник-постановщик Юрий Хариков превратил сцену в пепелище, где старые ценности уничтожены. Уже нет ни того дома, ни той семьи, ни прежней Германии (пьеса была написана в 1932 году незадолго до прихода к власти нацистов). От прошлой жизни остались только воспоминания (Анастасия Плешакова, 28.12.2016, Комсомольская правда).
Ученик Петра Фоменко Владимир Космачевский рассказал печальную историю любви тайного советника предфашистской Германии к юной девушке, используя все возможности театра: свет, звук, сцену.У героев вместо лиц — маски, грим, вместо голосов — ритмичные звуки, похожие на электронную музыку, вместо волос — парики. С первой и до последней сцены дом Маттиаса Клаузена (Владимир Коренев) — замок, который населяют монстры, призраки (Анжелика Заозерская, 21.12.2016, Вечерняя Москва).
Этот почти загробный мир населен то ли призраками, то ли зомби – и Клаузен-Коренев с чудаковатыми лохмами «под Эйнштейна» выглядит единственным, кто стоически не поддается разложению, у кого в жилах еще течет кровь, а не серая слизь (Вадим Рутковский, 17.12.2016, coolconnections.ru).

Смотрите также Весь репертуар