Наш Дэвид Линч: фильм «Тайное чудо Эммы Цунц»

НАШ ДЭВИД ЛИНЧ

Фильм «Тайное Чудо Эммы Цунц» по мотивам Борхеса, не побоюсь сказать – манифест. Пожалуй, именно он наиболее ярко выражает философию второй волны Параллельного кино. Это картина, где есть Бог, Дьявол, ангелы и герои, является революционным для российского кино-авангарда 90-хх переосмыслением истории кино.

Сюжет через эстетические отсылки – борхесовский лабиринт – переходит на уровень концепции: все мировое кино и есть Ливенталь, которому сопротивляется душа художника, и которого в конечном итоге убивает Эмма Цунц. Но умирая, Ливенталь превращается в автора фильма, то есть в Бога.

Душа в образе девушки. Эта мысль подкрепляется наличием в фильме этой же девушки в другом возрасте, когда она еще ребенок. 

Итак, Эмма смотрит черно-белое кино в кинотеатре, и просыпается отравленной, закодированной культурой, художественными образами, сюжетами, цитатами.  Далее она может лишь воспроизводить их, снова и снова теряя невинность. 

Центральная сцена фильма – молитва автора, где он просит дать ему время и возможность сделать фильм. Эта пронзительная молитва-импровизация живого режиссера на фоне идущего фильма Бергмана.

Эмма Цунц, убивая Ливенталя, убивает постмодернизм. Она убивает не только коммерческое кино, но и киноклассику, во имя абсолютно нового художественного высказывания.

Хочется отметить блестящую игру дуэта ангелов в костюмах тарантиновских гангстеров – Андрея Емельянова и Андрея Ирышкова, которые, подобно «Маргариткам» Веры Хитиловой, проходят пунктиром абсурдизма через всю кино-фреску.

В финальной сцене фильма Автор, Эмма в обоих ипостасях и клоун стоят на горе подобно Моисею и отпускают в полет раздувающуюся на ветру парусом пленку. Этот прозрачный полиэтилен символизирует целлулоидность большого кино. Невольно напрашивается мысль о том, что пленка это пластик, а пластик не экологичен. 

Итак, Все суета, лишь искусство вечно.